Банкротство стало символом времени

На мою электронную почту пришло сообщение от профсоюза лётчиков о том, что очередные дельцы пытаются обанкротить ОАО «Пермские моторы». Пилоты в тревоге, они болеют за наш авиапром, мечтают летать на отечественных самолётах, бьют в колокола, рассылают во все концы печальную новость, ищут неравнодушных людей, пытаются организовать хоть какое-то противодействие.

БАНКРОТСТВО стало у нас знаковым словом. Уже смыло большую часть промышленности России, которую раздали почти даром во время приватизации и залоговых аукционов. Всё богатство страны попало в руки не творцам, а обыкновенным спекулянтам, бывшим фарцовщикам, которые по своей натуре просто не могут созидать, творить.

 Идут пустые разговоры о модернизации. Разве будут торгаши добиваться выпуска конкурентной на мировом рынке продукции, строить новые заводы? Это не по их профилю. Они делают то, к чему их душа лежит. Заводы, фабрики стали разменной монетой, переходят из рук в руки до полного разорения. Власть решила, что нужно хоть что-то сделать, показать всему миру свою дееспособность. Нужен товар, на котором можно поставить печать «Сделано в России». И родилось разрекламированное чудо — самолёт «Суперджет», состоящий на 80 процентов из иностранных комплектующих. Как говорят эксперты, на него потрачен не один миллиард долларов, а он отказывается летать. За год эксплуатации выявлено и устранено 1088 неисправностей. Причём 533 из них было выявлено в полёте.

Разоряют предприятия в открытую. Недавно на заводе, где изготавливают тот же «Суперджет», украли на 5 миллионов рублей алюминиевых болванок. Ясное дело, что это сделали не рабочие. Есть завод в Самаре — «Авиаагрегат», тоже из системы авиапрома. Руководители этого предприятия продали за бесценок производственные корпуса одному из мутных ООО, а потом уже по рыночной цене взяли эти же корпуса в аренду у нового владельца.

Вот таким способом распоряжаются новые хозяева собственностью, средствами, которые зарабатывают работники. Уничтожена добрая часть промышленности России. Взять хотя бы Москву. Прекратили существование АЗЛК, завод «Красный пролетарий», телевизионный завод «Рубин», станкостроительный имени Серго Орджоникидзе, завод «Динамо», «Трёхгорная мануфактура», Второй часовой завод «Слава». И это только гиганты, а перечень можно продолжать и продолжать. До сих пор целые районы, остановки транспорта называются именами предприятий, которых уже нет в помине. И так по всей России. В результате объём продукции станкостроительной отрасли составляет сейчас 2—3 процента от уровня 1990 года, производство экскаваторов — тоже несколько процентов, производство тракторов упало в десятки раз, строительство морских, речных судов едва дотягивает до 10—15 процентов. Раньше наша страна была на третьем месте в мире по выпуску часов. Сейчас закрылись почти все часовые заводы. Собственники Угличского часового завода пытались продать предприятие, обременённое долгами, за копейку. Желающих не нашлось.

Закрываются заводы и фабрики, выбрасываются на улицу люди. Вот только что вице-премьер Ольга Голодец ужаснулась тому, что из 86 миллионов трудоспособного населения в России 38 миллионов заняты непонятно чем. Попробуй после этих слов министра посчитать число безработных. На каких данных строится оптимистичная статистика? Далеко ходить не нужно: по соседству со мной по дому, по даче три здоровых молодых мужика обходятся как-то без официальной работы. Раньше бы их назвали тунеядцами, а сейчас ничего, живут без всяких обидных прозвищ. Куда им пойти? Как найти не временную, а постоянную работу, если в Москве почти не осталось ни заводов, ни фабрик? Эти мои соседи по натуре трудяги, но так и живут на подножном корму — помогут за небольшой гонорар, если попросишь.

Вот в Татарстане местные депутаты пытаются ввести штрафы от 100 до 500 рублей для местных попрошаек, бомжей. Выступил на заседании Госсовета «единоросс» Рыбушкин и предложил не мелочиться, а сразу штрафовать на 3, а то и 5 тысяч рублей. Правда, никто не знает, с каких счетов у этих бомжей будут снимать штрафы, по какому адресу направлять квитанции. Наша власть пытается как-то подправить бюджетные дела. Ввести прогрессивный налог с богатых не хотят. Один выход: чтобы спасти страну, по их логике, нужно принять налог на бедность, и всё будет в порядке.

Произошло банкротство не отдельных предприятий, а всей системы управления экономикой, нашей жизнью.

Вот только что ввели звание Героя Труда. Для кого? Уж не для таких ли людей, как председатель Совета директоров Калужского мясокомбината Юлий Калоев. Этот деятель умудрился вывести за границу активы своего предприятия на 800 миллионов рублей, для чего заключил ряд кредитных договоров, а также крупных имущественных сделок, крайне невыгодных для комбината. Затем уехал в Европу и там растворился, оставив комбинат и работников без средств к существованию. Больше полугода люди не получали зарплату. В суд направлено 800 заявлений о взыскании задолженности. Сам же Калоев, обвинённый в мошенничестве, объявлен в международный розыск, заочно вынесено постановление о его аресте.

Раньше на комбинате трудились около тысячи человек, сейчас остались только старожилы, которым в силу возраста трудно найти другую работу. Остановившийся комбинат снова заработал в ноябре прошлого года. Оживил его новый директор Юрий Баранов, который стал выбивать дебиторскую задолженность за поставляемую продукцию. На комбинате начали выдавать текущую зарплату. Для раскрутки нужны время и деньги, но этого не было, количество выпускаемой продукции не дотягивало до рентабельности предприятия. На шее висели прошлые налоговые долги, задолженность перед поставщиками энергоресурсов (вода, газ, электроэнергия).

Некому было подставить плечо. 1 марта на предприятии отключили газоснабжение, вынуждены были остановить работу. Власть устроила официальные «поминки» по комбинату. На эту церемонию, на встречу с трудовым коллективом пришли прокурор области, городской мэр, руководство всех силовых структур региона. Директор Баранов повинился перед народом, сказал, что не может в таких условиях работать и уже написал заявление на увольнение.

На днях должен состояться арбитражный суд, который объявит комбинат банкротом, и будет назначено конкурсное управление. Всё имущество пустят с молотка, чтобы погасить имеющиеся долги, в том числе и по зарплате.

«Мы хотим работать, дайте нам такую возможность», — срывались на крик выступавшие на тех «поминках». Им объясняли, что власть не вправе помогать частному предприятию. Возможность выкупа комбината за счёт бюджета области, города даже не рассматривалась: область не располагает такими ресурсами. Долги предприятия составляют 1,5 миллиарда рублей, а всю недвижимость специалисты оценивают в 0,5 миллиарда.

Руководители города, области пришли успокоить коллектив, пообещав, что никто без работы не останется. Но этого не получилось. Встреча с коллективом состоялась в холодном актовом зале, так как отопление на предприятии отключено. Зуб на зуб не попадал. Были заморожены не только работники, но и все счета, активы комбината.

Ещё раньше областной министр Ирина Подковинская удивлялась: когда на комбинате творились такие безобразия, где же был профсоюз? Ей работники ответили, что профсоюза фактически не было, председатель профкома был занят другим, плясал под дудку директора. Несколько человек самостоятельно пошли с жалобой в инспекцию по труду. В результате директору пришло предписание со списком жалобщиков. Правдолюбцев под различными предлогами немедленно уволили. Другие, наблюдая такой произвол, не стали нарываться на неприятности. Не работают традиционные профсоюзы ФНПР, не объединяют народ, а в одиночку в бой не пойдёшь. Новым профсоюзам не дают развиваться, поэтому нынешние «эффективные собственники» творят всё, что хотят.

В судьбе мясокомбината в Калуге нет ничего особенного. В области на продовольственном фронте уже успели обанкротиться кондитерская фабрика, молочный завод, Калужский завод «Кристалл», объединение «Калуга-рыба», Калужский хладокомбинат, Карачаевская птицефабрика. Всё идёт по расписанию.

Только что состоялись всероссийские «поминки» по безвременно погибшему Красноярскому комбайновому заводу. Он закрывается, увольняют 662 человека, а на освободившихся площадях будет строиться элитное жильё. И тут же начинают готовить «поминальные молитвы» для следующего предприятия этого края — Дивногорского завода низковольтной аппаратуры. Ему исполнилось 40 лет, он стал родным домом для многих горожан. Дал путёвку в жизнь, помог стать специалистами. Работали здесь целыми семьями. Это было современное предприятие, не случайно завод победил в тендере на поставки оборудования для известного на весь мир адронного коллайдера.

Всё рухнуло в последние годы: раз за разом стали здесь меняться собственники. Чтобы помочь заводу, региональное правительство выделило ему около 100 миллионов рублей. Директора завода благодарили власть, убеждали чиновников, что появилась масса заказов, продукция пользуется спросом, дела идут нормально. Потом выяснилось, что всё это неправда, над заводом повисли долги, которые превышают его стоимость. В результате генеральный директор завода Андрей Лопатин и председатель совета директоров Илья Гордюшев скрылись в Москве, на контакт не идут.

Стало известно, что в последний момент у завода опять сменился собственник, он оказался «партизаном» с кипрского офшора, имя его никто не знает. Долги предприятия составляют 2 миллиарда рублей. Региональное правительство предлагало окопавшемуся на Кипре собственнику купить у него обанкротившееся предприятие за рубль, тот отказался. И сам не гам, и другим не дам.

Завод остановлен, сейчас 500 работников находятся в вынужденном отпуске и получают 2/3 зарплаты. Им подыскивают в службе занятости работу. Две трети освобождаемых — женщины, а вакансии на бирже труда предлагают жалованье ниже физиологического уровня, 5—6 тысяч рублей. Рядом Красноярск, можно там что-нибудь найти получше, но ежедневный проезд — 150 рублей, вот и помножьте на 22 рабочих дня в месяц.

Сейчас опасаются, что новые хозяева дивногорского завода сольют в Енисей химикаты, в том числе и ртуть, которые использовались в производстве. Шумно прошло недавно заседание Законодательного собрания края, на котором депутаты говорили, что оборудование предприятия распродаётся, растаскивается. Было даже предложение окружить территорию завода автоматчиками, направить туда военных, ФСБ. Не мешало бы, наверное, спасая наши заводы, сделать так по всей стране.

В феврале работники закрываемого завода вышли на митинг протеста. Несмотря на крепкий мороз, на площади стояли почти все заводчане. Они требовали у региональных властей сохранения предприятия, требовали работы, но кто их услышит? На митинге присутствовали коммунисты, а где «Единая Россия», члены которой составляют основу власти? Их эта беда не касается. Они поддерживают «эффективных собственников», именно тех, кто закрывает наши предприятия. Чубайс и его единомышленники спустили для этой партии обнадёживающую программу: всё расставят по местам рыночные отношения, власти не стоит мешать этому процессу. Вот и сидят эти партийцы, словно в театре, наблюдают за событиями, ждут, пока страна очистится от заводов и фабрик.

Нужно срочно спасать страну, требуются законы, с помощью которых наведут порядок в экономике. Но таких законов нет, «партия власти» об этом не думает.

Не хотят «единороссы» вступать в разговор с работниками, уволенными с Калужского мясокомбината, с Красноярского комбайнового завода, с Дивногорского завода низковольтной аппаратуры, с тысяч других предприятий России. Не хотят держать перед ними ответ. Выходит, что сама власть — банкрот.



Вернуться
Автор: Альберт СПЕРАНСКИЙ
7 Апрель 2013 года