Новости

ВС считал срок оспаривания сделок в банкротстве

Общество приняло на себя 1,3 млрд руб. долгов другой компании, после чего она сразу обанкротилась. А потом финансовые проблемы начались и у первого общества. До несостоятельности его довели именно сделки о переводе долгов, посчитал конкурсный управляющий и решил их оспорить. Суды решали, какой срок исковой давности применить – один или три года. То есть оспорить сделку по банкротным основаниям или как совершенную со злоупотреблением правом. Эксперты ожидают, что решением по этому делу ВС поставит барьер для бесконечного продления сроков исковой давности на оспаривание сделок в делах о банкротствах.

Взял чужие долги

Все началось с того, что ЗАО «Империя-Фарма» (сейчас АО «Торговый дом «Фармация») заключила с «АстраЗенека Фармасьютикалз» два договора на поставку лекарств и медикаментов ценой 361 млн руб. Часть товара «Империя-Фарма» получила, но деньги поставщику («АстраЗенека Фармасьютикалз») не заплатила. А после этого общество заключило соглашение о переводе долга аффилированной ООО «Грама». «Грама» перевела в пользу «АстраЗенека Фармасьютикалз» в общей сложности 266 млн руб. Спустя два месяца после соглашения о переводе долга «ТД «Фармация» признали банкротом (дело № А56-30632/2015).

После этого финансовые проблемы начались и у «Грамы». Сначала в отношении общества ввели процедуру наблюдения, временным управляющим утвердили Юлию Барановскую. А с ноября – внешнего управления, управляющим стала тоже Барановская. В 2018 году утверждено мировое соглашение по делу о банкротстве. На мировую пошли кредиторы, включенные в реестр. Прекратить процедуру банкротства они согласились на тех условиях, что в течение двух лет «Грама» выплатит половину от размера требований кредиторов (общая задолженность – 1,5 млрд руб.), а оставшуюся часть еще через 3-4 года. Деньги на это по соглашению должник займет у иностранного юрлица «Амарилла С.А.». Конкурсный кредитор «Джонсон & Джонсон» подал апелляцию, посчитав мировое соглашение неисполнимым. Суд с ним согласился, так как первая инстанция не исследовала возможность предоставления такого крупного займа. Апелляция направила дело о несостоятельности на новое рассмотрение. При повторном рассмотрении первая инстанция дело возобновила. В октябре 2018-го «Граму» признали банкротом, конкурсным управляющим стал Дмитрий Лазарев.

Сделку оспорили

После этого Лазарев попытался признать недействительной сделку о переводе долга от ЗАО «Империя-Фарма» к должнику и платежи на сумму 266 млн руб., взыскать эту сумму с «АстраЗенека Фармасьютикалз». С заявлением о признании соглашения недействительным обратились Михаил Латышев (в реестр он включился на основании вексельной задолженности, позже ВС признал ее искусственной) и другой кредитор «Легал Хэлп». Первая инстанция объединила их в одно производство.

Лазарев настаивал, что сделки совершены для того, чтобы уменьшить конкурсную массу и причинить вред другим кредиторам. «Грама» приняла на себя долги АО «ТД «Фармация», хотя это было экономически невыгодно. Более того, стоимость принятых на себя обязательств более чем в пять раз превышала балансовую стоимость активов должника (266 млн против 42, 5 млн руб.). Конкурсный управляющий отметил, что «Грама» приняла на себя не только этот долг: в тот же период общество согласилось на перевод долга по другим договорам на общую сумму 1,3 млрд. руб. Все они тоже оспариваются Лазаревым.

ООО «Астразенека Фармасьютикалз» объясняло, что сделку заключили в связи с корпоративной реструктуризацией АО «ТД «Фармация». Ответчик решил, что конкурсный управляющий пропустил годичный срок на оспаривание сделок должника, который исчислялся с момента введения внешнего управления (ноябрь 2016-го). Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области согласился с тем, что до банкротства «Граму» довели соглашения по принятию долгов «ТД «Фармация» (дело № А56-18086/2016).

Соглашение о переводе долга было направлено на необоснованное изъятие денег из оборота должника и на причинение убытков обществу, решила первая инстанция

Суд указал, что заявление об оспаривании сделки на основании ст. 61.2 закона о банкротстве («Оспаривание подозрительных сделок должника») может быть подано в течение года. Но он отметил, что конкурсный управляющий не мог узнать о всех сделках с момента его назначения. Срок исковой давности течет с момента, когда он узнал или должен был узнать о подозрительных сделках. 

Анализ финансового состояния «Грамы», который сделала Барановская, информации о сделках не содержал. То есть Лазареву стало известно о спорной сделке после 21 сентября 2018 года (когда он сам провел анализ документации общества). Годичный срок он не пропустил, поскольку заявление о признании недействительными сделок подал 24 декабря этого же года. Суд признал недействительным соглашение о переводе долга, но в остальной части отказал.

Апелляция с первой инстанцией согласилась, но признала недействительными еще и перечисления 266 млн руб. и применила последствия недействительности сделок, взыскав сумму с ООО «Астразенека Фармасьютикалз». Решение «засилила» кассация. При этом суд округа решил, что следует применить трехлетний срок исковой давности (согласно ст. 168 ГК «Недействительность сделки, нарушающей требования закона или иного правового акта»), так как было допущено злоупотребление правом.

Дело в Верховном суде

В Верховный суд пожаловались «АстраЗенека Фармасьютикалз» и кредитор «Джонсон & Джонсон». Заседание в ВС прошло 1 марта 2021 года, председательствовал в процессе Иван Разумов. Интересы кассаторов представляли партнер Lidings Александр Попелюк («АстраЗенека Фармасьютикалз») и Ринат Сидоршин («Джонсон & Джонсон»). На заседание пришла представитель конкурсного управляющего Лейла Тагиева, от «Легал Хэлп» был Максим Бруй. Другие кредиторы участвовали в том числе и в качестве слушателей.

Сидоршин рассказал, что «Джонсон & Джонсон» попал в такую же ситуацию, как и ООО «АстраЗенека Фармасьютикалз». «У нас был перевод долга и после этого мы начали поставлять продукцию», – сказал представитель. По его словам, все кредиторы рассматривали «Торговый дом «Фармация» и общество «Грама» как один холдинг с общими экономическими целями. Все кредиторы предполагали, что общество является платежеспособным, отметил юрист. Попелюк добавил, что сделку по переводу долга они считают законной и действительной.

Представитель конкурсного управляющего сказала, что в деле речь идет о ст. 168 ГК («Недействительность сделки, нарушающей требования закона или иного правового акта»). По ее мнению, противоправная цель была не только у должника, но и у ответчиков. Только они получили выгоду, а должник – антиэкономический эффект. Это она объяснила тем, что общество взяло на себя обязательства, многократно превышающие его активы.

«Баланс 2014-го был недостаточно хорош, но нужно понимать, что по результатам всех этих сделок в 2015-м баланс вырос до 3,7 млрд руб.», – заметил Попелюк.

Кассаторы решили, что нужно применять годичный срок исковой давности, и его Лазарев пропустил. Представитель «Джонсон & Джонсон» указал, что при проведении анализа финансового состоянии должника анализируется и вся финансовая документация (то есть о сделках было известно после анализа, сделанного Барановской). «Говорить о том, что он [Лазарев] не знал, на мой взгляд, немного странно», – заключил он.

После этого тройка судей ненадолго удалилась в совещательную комнату и озвучила решение: акты трех инстанций отменить, спор направить на «новый круг».

Еще один спор

В этот же день ВС рассмотрел еще один обособленный спор в рамках дела о банкротстве общества «Грама». Конкурсный управляющий оспаривал еще один перевод долга «Граме» от «ТД «Фармация». Должник принял на себя обязательства по договору поставки лекарственных средств и медпрепаратов с «Акционерным Курганским обществом медицинских препаратов и изделий «Синтез» на 9 млн руб. Первая инстанция признала недействительным соглашение о переводе долга, апелляция и кассация – еще и перевод долга на сумму 9 млн руб.

На заседании, которое прошло 1 марта 2021 года, представитель «Синтез» Сергей Королев сказал, что нельзя говорить о злоупотреблении со стороны фармацевтических компаний, так как им не было известно о предстоящем банкротстве. Он отметил, что перевод контрактов с компании на компании – это очень распространенная практика внутри холдинга. Она может быть связана не только с намерением обанкротиться – на это могут быть бизнес-причины, налоговая оптимизация или изменения корпоративной структуры.

«Такие сделки были совершены в отношении 12 крупнейших фармацевтических компаний. Невозможно предположить, что 12 мировых фармацевтических компаний отдельно друг от друга одновременно совершили одно и то же злоупотребление правом», – сказал  Королев.

В итоге ВС отменил акты трех инстанций и направил спор на новое рассмотрение. 

Мнение экспертов

ВС должен ответить, влияет ли на течение срока исковой давности смена процедуры банкротства, а еще то, если управляющий сначала не пытался оспорить сделки, считает Станислав Петров, руководитель практики банкротства, партнер Инфралекс . 

Сергей Высоцких, руководитель проектов, адвокат S&K Вертикаль , продолжил: ВС может развить позицию, что для признания сделок недействительными по мотиву злоупотребления правом срок давности начинает течь не раньше первой процедуры банкротства. Ее высказал Пленум ВАС еще в 2009 году. Эксперт говорит, что коллегия может указать на необходимость уже временному управляющему и даже кредиторам проверять открытые данные о таких сделках должника, не дожидаясь передачи документов от руководителя или финансового анализа управляющего.

Петров полагает, что ВС поставит барьер для бесконечного продления сроков исковой давности на оспаривание сделок в делах о банкротстве. «В ином случае практически любые сделки можно оспорить в неопределенно долгий срок», – говорит эксперт. Он считает, что ВС в мотивировочной части может более четко сформулировать критерии разграничения сделок, совершенных во вред кредиторам (п. 2 ст. 61.2 закона о банкротстве) и совершенных со злоупотреблением правом (ст. ст. 10, 168 ГК).



« Вернуться
Источник: ПРАВО.РУ
Автор: Анастасия Синченкова
4 марта 2021 года