Суд.практика

Позиции ВС РФ по делу Дорофеева как источник аргументов в защиту банкротов от произвольных отказов в освобождении от долгов

1. Запрет на подмену доказательств «косвенными предположениями»

Тезис из акта (стр. 25): Оценивая доводы кредиторов о сокрытии имущества или доходов должника, Верховный Суд прямо указал: «судебная коллегия приходит к выводу, что они не подтверждены доказательствами, достоверно свидетельствующими о сокрытии имущества... аргументы сторон сводятся к косвенным предположениям».

Применение к банку: Утверждение банка о том, что должник «ввел банк в заблуждение» или «скрыл сведения», без предоставления выгрузок из системы скоринга, является не доказательством, а лишь «косвенным предположением». Банк не представил достоверных доказательств того, что именно анкета, а не автоматизированный анализ, основанный на сложных алгоритмах оценки поведенческих моделей, стала решающим фактором одобрения. Голословные утверждения без документального подтверждения механизмов оценки риска подлежат отклонению судом как недоказанные.

2. Недобросовестность – это доказанное нарушение стандарта поведения, а не презумпция

Тезис из акта (стр. 24): Отказ в освобождении от обязательств является мерой противодействия недобросовестному поведению, которое понимается как «нарушение известного и понятного всем необходимого для участия в гражданском обороте стандарта заботливости об интересах других лиц и осмотрительности в своих делах, присущего любому порядочному и пользующемуся доверием гражданину (пункт 3 статьи 1 ГК РФ)».

Применение к банку: чтобы применить эту санкцию, банк должен доказать факт нарушения этого стандарта. Если банк не раскрывает данные скоринга, он лишает суд возможности установить, действительно ли действия должника лишили банк возможности оценить риски, или же банк, обладая полными данными о цифровом следе и транзакциях должника, осознанно принял этот риск. Без этих данных нарушение стандарта осмотрительности не доказано. 

3. Оценка фактических обстоятельств возникновения обязательств, а не формальных признаков

Тезис из акта (стр. 25): Верховный Суд детально проанализировал происхождение долгов и пришел к выводу, что «ни одно из обязательств... не связано с недобросовестными действиями со стороны должника, причинением вреда имуществу...». Суд учел объективные причины невозврата, а не просто факт наличия просрочки.

Применение к банку: суд обязан исследовать, как именно банк оценивал должника в момент выдачи кредита. Если скоринговая система видела реальную финансовую нагрузку и транзакции, но все равно одобрила кредит, то последующая неплатежеспособность должника (из-за объективных жизненных обстоятельств) не может быть задним числом переквалифицирована в «изначальную недобросовестность» или «заведомую неисполнимость обязательств», если банк сам одобрил эту сделку на основе своих же алгоритмов.

4. Голословные возражения кредитора с целью затягивания процесса могут быть расценены как злоупотребление правом

Тезис из акта (стр. 22-23, 25): Суд критически оценил поведение кредитора, который выдвигал необоснованные требования и выдвигал доводы, не подкрепленные фактами, отметив, что «истинным мотивом поведения общества является понуждение должника к погашению требования за счет финансовых возможностей близких родственников», а не реальная защита своих прав. Также Суд указал на недопустимость ссылки на несуществующие правовые позиции для введения суда в заблуждение.

Применение к банку: Если банк систематически утверждает о недобросовестности должника, но при этом уклоняется от представления запрошенных судом доказательств (данных скоринга), которые могли бы эти утверждения подтвердить или опровергнуть, такое процессуальное поведение направлено не на установление истины, а на создание искусственных препятствий для освобождения должника от обязательств. Это позволяет заявить о злоупотреблении банком своими процессуальными правами с целью затягивания дела. 

5. Обязанность суда отвергать недоказанные доводы

Тезис из акта (стр. 25): При оценке доводов о недобросовестности Суд прямо указывает, что если аргументы «не подтверждены доказательствами, достоверно свидетельствующими о [нарушениях]», они не могут служить основанием для отказа в завершении процедуры и списании долгов.

Применение к банку: В ходатайстве или возражениях необходимо прямо указать: поскольку банк не представил данные скоринга, его доводы о том, что он был «лишен возможности оценить риски», не подтверждены достоверными доказательствами. В соответствии с правовой позицией ВС РФ такие недоказанные аргументы, сводящиеся к предположениям, не могут служить основанием для применения к должнику санкции в виде несписания долгов. 

Механизм оценки кредитоспособности, включая скоринговые модели, используемые параметры, весовые коэффициенты и фактические данные, на которых базировалось решение, составляет интеллектуальную собственность и коммерческую тайну кредитора.

Заемщик не имеет и не может иметь доступа к внутренним алгоритмам принятия решений, логам скоринговой системы и массивам информации, которые кредитор использовал в момент одобрения заявки.

Утверждая, что банк был «лишен возможности оценить риски» из-за неполноты сведений в анкете, кредитор обязан доказать, что именно указанные в анкете данные являлись исключительным и решающим основанием для положительного решения.